Четвертая часть ГК РФ против НК РФ или как правильно использовать ноу-хау
01.07.2022 Арбитражный суд Нижегородской области вынес решение по делу Леони РУС (№ А43-19397/2021) о переквалификации налоговым органом лицензионных платежей, выплаченных иностранному правообладателю за право пользования производственным ноу-хау, в вознаграждение за оказание консультационных услуг с последующим доначислением НДС российской организации – лицензиату, не выполнившему, по мнению налогового органа, функции налогового агента.
История вопроса:
Заявитель ООО «Леони РУС» (далее – «Общество») является производителем и поставщиком электрожгутов для различных производителей автомобилей в Российской Федерации. В проверяемом периоде 2015-2017 гг. на основании лицензионного договора от 15.12.2009 (т.5 л.д.75-90) и лицензионного договора от 01.10.2017 (т.5 л.д.91-103) ( далее – лицензионные договоры) Заявитель приобрел у иностранной компании LEONIWiringSystemsFrance (далее - LWSF) (компания, образованная по закону Франции) неисключительные, без права передачи и уступки, лицензии на использование секретов производства автомобильных электрожгутов (ноу-хау).
В соответствии с указанными договорами Заявитель приобретает в период действия договоров неисключительную лицензию на право использования ноу-хау в целях производства жгутов проводов на своем заводе в соответствии с условиями договоров, а также в целях продажи их в России и только для российского рынка. За использование лицензий Заявитель в проверяемом периоде выплачивал гонорар от суммы выручки от серийных поставок жгутов проводов (лицензионные платежи). НДС с указанных платежей не удерживался на основании пп.26 п.2 ст.149 НК РФ.
По результатам выездной налоговой проверки налоговый орган пришел к выводу, что Общество неправомерно не исполняло функции налогового агента по удержанию и перечислению в бюджет сумм НДС с лицензионных платежей, которые фактически представляли собой вознаграждение за консультационные услуги и должны были облагаться НДС в России по месту нахождения покупателя услуг согласно пп. 4 п. 1 ст. 148 НК РФ в сумме 38 552 891 руб. Кроме того, налоговый орган пришел к выводу о необходимости доначисления Заявителю пени в сумме 1 955 959,49 руб.
Нюансы: Налоговый орган обосновал необходимость переквалификации, помимо прочего, следующими аргументами:
предметом лицензионных договоров в действительности являлись директивные указания и консультационные услуги по организации производства автомобильных электрожгутов,
фактически Ноу-хау по лицензионному договору не передавалось, а всю необходимую для производства техническую помощь Общество получало в рамках договора с иной взаимозависимой организацией,
переданные Обществу сведения не обладали коммерческой ценностью и являлись общедоступными,
отсутствовал экономический эффект от использования Обществом Ноу-хау,
Общество не обеспечивало сохранение конфиденциальности Ноу-хау,
результаты технической экспертизы подтвердили несоответствие предоставленной Обществу информации критериям секрета производства.
Что решил суд: Суд не согласился с выводами налогового органа и вынес решение в пользу Общества, указав, что взаимоотношения между Обществом и Правообладателем подпадают под освобождение от НДС по пп. 26 п. 2 ст. 149 НК РФ, а предоставленное Обществу Ноу-хау в действительности является секретом производства в понимании российского гражданского законодательства.
Суд указал следующее: 1. Для квалификации информации в качестве секретов производства (ноу-хау) необходимо, чтобы она отвечала следующим признакам (ст. 1465 ГК РФ):
информация относится к сведениям любого характера (производственные, технические, экономические, организационные и другие) о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере и о способах осуществления профессиональной деятельности,
сведения имеют действительную или потенциальную коммерческую ценность вследствие их неизвестности третьим лицам,
к указанным сведениям у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании, и обладатель этих сведений принимает разумные меры для соблюдения их конфиденциальности, в том числе путем введения режима коммерческой тайны.
на основании лицензионного договора Обществу была передана конструкторская документация (чертежи проводки), а также технологическая документация, которые являются результатом многолетней научно-технической деятельности Правообладателя в области производства жгутов проводов для автомобильной промышленности,
Ноу-хау составляет основу технологического процесса производства Общества. Без данной информации Общество не смогло бы производить жгуты электропроводов,
Ноу-хау имеет коммерческую ценность для Общества, поскольку используется для производства жгутов проводов, серийные поставки которых формируют бóльшую часть выручки Общества. Благодаря применению Ноу-хау Общество на протяжении многих лет увеличивает объемы производства, что влечет за собой рост его выручки и подтверждается финансовыми показателями,
Ноу-хау позволяет Обществу обеспечить высокое качество продукции, а также оптимизировать ее стоимость. Недоступность третьим лицам данной технологии, обеспечивающей баланс между стоимостью и высоким качеством продукции, является конкурентным преимуществом Общества перед аналогичными компаниями-производителями,
Общество предприняло разумные меры по обеспечению конфиденциальности информации, полученной в качестве Ноу-хау (в том числе, проставило гриф «confidential» на материальные носители, содержащие конфиденциальную информацию; обеспечило хранение материальных носителей Ноу-хау в сейфе; приняло инструкции и правила внутреннего распорядка, регулирующие вопросы использования конфиденциальной информации на предприятии; включило положения о конфиденциальности в должностные инструкции и трудовые договоры сотрудников; вело учет сотрудников, имевших непосредственный доступ к конфиденциальной информации, и заключило с ними дополнительные соглашения о неразглашении; внедрило IT-системы на персональные компьютеры сотрудников, препятствующие несогласованной передаче информации и т.д.).
3. Уникальность технологической информации, с которой работает Общество, и обеспечение режима ее конфиденциальности подтверждаются свидетельскими показаниями. Также соответствие предоставленной Правообладателем информации критериям секрета производства подтверждается заключениями специалистов, подготовленными по запросу Общества. 4. Лицензионные договоры, заключенные между Обществом и Правообладателем, являлись действительными, содержали все существенные условия, а также соответствовали признакам лицензионного договора, установленным как в российском, так и во французском законодательстве (которому были подчинены лицензионные договоры). Ссылки налогового органа на неприменимость французского права в силу публично-правового характера налоговых правоотношений являются неправомерными. 5. Лицензионные договоры не дублировали предмет иных заключенных Обществом внутригрупповых договоров, которые касались управленческих, корпоративных и юридических услуг и не предусматривали предоставление Обществу рабочих чертежей или технологии производства (секретов производства) жгутов электропроводов. 6. Налоговый орган не обеспечил истребование у Общества документации, содержащей Ноу-хау. Направленные Обществу по этому вопросу требования налогового органа были составлены с грубым нарушением процедуры и не подлежали исполнению Обществом, а действия налогового органа создавали прямую угрозу раскрытия конфиденциальной информации (Ноу-хау) конкурентам Общества. Допущенные налоговым органом процессуальные нарушения не были устранены в ходе выездной налоговой проверки. 7. Полученные налоговым органом экспертные заключения либо подтверждают позицию Общества, либо являются недопустимыми и неотносимыми доказательствами, поскольку:
выводы экспертов об общедоступном характере Ноу-хау и об отсутствии у спорной информации признаков секрета производства представляют собой предположения, основанные на анализе неполной информации о технологических процессах Общества, и носят недоказанный и необоснованный характер,
экспертные заключения получены с существенными процессуальными нарушениями (наличие наводящих вопросов, неподтвержденность квалификации экспертов или ее несоответствие направленности поставленных перед ними вопросов, составление заключений с нарушениями методических рекомендаций и т.д.).
Таким образом, суд установил, что полученная Обществом информация соответствовала критериям секрета производства (ноу-хау), в связи с чем признал обоснованным применение Обществом освобождения от НДС согласно пп. 26 п. 2 ст. 149 НК РФ. Несмотря на «налоговый» характер данного дела, основной вопрос касался не применения норм налогового законодательства как таковых, а квалификации информации, предоставленной российской организации – лицензиату, как секрета производства (ноу-хау) или результата оказания консультационных услуг с позиции гражданского права.
Мнение: До настоящего времени такие споры встречались достаточно редко, и при их рассмотрении суды чаще всего ограничивались достаточно сжатым анализом положений ГК РФ (например, дело Эквант № А40-28065/13). В этой связи спор по делу ООО Леони РУС представляет собой один из немногих примеров, где для целей налогообложения детально рассматриваются критерии ноу-хау по ст. 1465 ГК РФ, в том числе оценивается наличие коммерческой ценности у полученной лицензиатом информации и соблюдение лицензиатом требований ГК РФ в части обеспечения его конфиденциальности.
Интересно отметить, что согласно судебному решению по соображениям конфиденциальности информация, составляющая предмет ноу-хау, была раскрыта налоговому органу лишь частично и только на этапах административного и судебного обжалования вынесенного им решения. В данном деле суд поддержал позицию Общества, утверждавшего, что такая ситуация являлась следствием процедурных нарушений самого налогового органа, не соблюдавшего правила истребования документов и информации, а также создавшего угрозу разглашения конфиденциальной информации о технологических процессах лицензиата третьим лицам. В то же время эта ситуация в очередной раз подчеркивает сложности, с которыми сталкиваются российские налогоплательщики и налоговые агенты, у которых налоговые органы истребуют информацию, представляющую собой коммерческую тайну, учитывая, что в настоящее время отсутствуют механизмы, позволяющие обеспечить должную конфиденциальность таких данных при передаче налоговым органам, а также их ответственность за разглашение такой информации третьим лицам.